Магдебургское право в украине история и современность

Согласно общественного сознания горожан XVII-XVIII вв. легитимными считались лишь демократически избранные городской общиной правительства: «войти, бурмистры, Райця и лавники и оные члены избиратись должни». Выборными также были писцы, межовщикы, городничие и возни. Сами же выборы считались действительными при следующих условиях: «избрание же то должно быти в обьикновенное время при собрании всех мещан, также цеховых людей и всего посполства вольными их голосами». На западноукраинских землях главным представителем государства на выборах городского самоуправления совета считался староста, который, правда, имел лишь полномочия наблюдателя. До начала заседания он находился в специально для него отведенной в ратуше комнате. Горожан же созвали на выборы колоколами на ратуше. После молитвы староста и совет заседали в специальной зале, куда впоследствии входили войти с лавниками, которые вносили и раздали советом жезл, печать, ящик, акты, составляя таким образом свои полномочия. Так же поступали дозорные ворот (которые раздали советом ключи от городских ворот), цехмейстеры каждого цеха и братства, надзиратели госпиталей и костелов, войти пригородов. Бурмистр произносил слова благодарности каждому из указанных чиновников. Затем представители города, совет мужей, лавники и староста, если последний не принадлежал к совету города, выходили в другой зал.
бабенки.инфо
А представители совета и бурмистр выносили на рассмотрение три кандидатуры, из которых староста выбирал королевского бурмистра. Тогда представители ряда и совета мужей снова возвращались в зал советников и из других двух кандидатов выбирали городского бурмистра, а третий кандидат занимал должность бурмистра господ совещательным. Сложившаяся таким образом совет составляла присягу перед королевским представителем и считалась легитимной властью в городе, которая в свою очередь объявляла перевыборы старосты или в выбирала лавочников, приводя новоизбранных тоже к присяге. В это же время объявлялись перевыборы и цеховых чиновников — цехмистров и руководства иноэтнических общин (во Львове, например, армянской старшины). Важно отметить, что согласно королевских привилегий на западноукраинских землях (как, собственно, и на Левобережье), только старосты горожане выбирали на общем собрании, как это, например, происходило в Каменце-Подольском, в присутствии «бурграфа и регента гродского, предыдущего старосты русско-польского и предыдущего старосты армянского, нового старосты армянского, лавочников и консулов, предыдущего регента, достаточно других людей достойных веры и целого простонародья города, свободными голосами вышеупомянутых лиц». А низшие должности лавочников часто назначались магистратом. Календарные сроки выборов приходились преимущественно на начало года (январь—февраль). В тех случаях, когда процедура выборов значительно нарушалась, а то и вообще не проводилась, общины города опротестовывали назначенных таким образом правительства, а короли Польши или гетманы Украины, со своей стороны, не утверждали в должности таких лиц. Так, в частности, произошло с жалобой горожан Стародуба на то, что какой-то Я. Андриенко без согласия городской общины и ее «ведома и согласия вьшравил себя из Генеральной Войсковой Канцелярии указ на войтовство». Важны требования к моральным и деловым качествам претендентов на правительства в городском самоуправлении. В частности, в «Правах, по которым судится малороссийский народ», предписывалось выбирать в городские правительства людей "из мещан знатньих, постояньих, совестного, разсудних, добронравных и где могут быть ученых и законнорожденных, в правах искусных не моложе от 25 а НЕ старейших от 70 лет «. Что касается „знатности“ чиновников, то под последней понималось выбирать »не излишне богатых ... и не весьма скудных ... но средних и нелакомых», а также »не лихваров, НЕ прелюбодеев, НЕ иноверных, НЕ иностранных, но тубильцов, со всем достойных и ни в чем НЕ подозрительных ". Важным требованием, как видим, было то, чтобы претендент был «туземцем» и «постоянным» жителем города. Для социального сознания XVI-XVIII вв. это означало, чтобы человек постоянно жила в городе и имела в нем свою недвижимость. Если же лицо прибывала из другого города, то обязательным был обряд вступления в городской общины, основным элементом которого была присяга. Примером последней может служить «Присяга мещанина нового», утверждена магистратом г... Каменец-Подольский 23 мая 1714 p .: "Я ... клянусь господину Богу всесильному, что хочу быть верным и послушным совете этого города, в настоящее время и в будущем, днем и ночью, тайн общества, и прежде всего тех, которые являются для города полезны, никому не рассказывать, а кто бы противился господам Райця и общественной добру и справедливости, таком не хотел помогать, но его унизить, и этого не утаить, и все это делать и выполнять для пользы и приумножению города, а если кто-то что-то несправедливое о совете говорит, поэтому согласно моей возможности сопротивляться, а где бы не мог сопротивляться и защищать, тогда, показав, обещаю то им рассказать: так мне господин Бог помогай ". Аналогичная «присяга на мещанство» упоминалась в указе польского короля Владислава IV (от 27 марта 1645) магистрата г... Киев. Последнему разрешалось принимать под свою юрисдикцию только тех лиц, которые составляли такую присягу. Таких новоприбывших в Киев людей, предполагалось селить на магистратских землях города между Старокиевской валами. Эти же условия магистрата Киева были подтверждены и указом Яна Казимира от 3 апреля 1649 Следует отметить, что обряд присяги в городском самоуправлении Украины в целом играл весьма важное значение. Только составив; присягу, представители магистратов и ратушей считались законными чиновниками городов: «по Избрание же своем вишеозначение все члены ли чиновники Должны на вернрсть в содержании своих чинов присягу оказывает». По своему содержанию присяги чиновников и судей, с одной стороны, были своего рода моральным кодексом, а с другой, давали основания привлечь представителей магистратов и ратушей к ответственности в случае нарушения определенных норм данной ими присяги. Кроме присяги, как разновидности вступления на определенную должность городского самоуправления, существовали еще и клятвы-присяги городской общины о принятии городом важных решений. Последние принимались преимущественно всеми имеющимися в городе ячейками самоуправления. Например, магистратом и управляющими иноэтнических общин или представителями казацкой юрисдикции. Примером такой клятвы-присяги может служить присяга м. Умани (1672 p.): "... Мы все единодушно жители, уманские казаки и мещане, присягу выполнили перед величием Божьего и св. Евангелия ... Михаил Стафанович — полковник Войска Запорожского уманский, Евстафий Тимофеевич — городовой атаман, Федор Григорьевич — войт с бурмистрами и со всем населением Умани ". В целом же в культуре городского самоуправления приведению к присяге отдельных чиновников или целых городских общин придавалось большое значение, поскольку согласно «Порядку судов городских» (Гроицького) присягать следовало "с хорошим усмотрению, с хорошей осмотрительностью, справедливо: чтобы не обидеть господина Бога, принимая имя напрасно ". В целом же серьезность обряда присяги, согласно ментальности горожан ХVП-ХVПИ в., Состояла в том, что «кривоприсяжни» лишались честного имени и могли быть выдворены из города. Вместе с тем, согласно общественного сознания XVII-XVIII вв., На нарушителей присяги ждала еще и «кара господня» (на их здоровье, близких, родных, имуществе и т. д.).